В городе Балашов Саратовской области с 17 по 24 сентября 2025 года прошел IX Всероссийский фестиваль «Театральное Прихопёрье» — значимое событие культурной жизни региона, которое надолго останется в памяти гостей и зрителей этого праздника искусства.
Дневник хроники события предоставила театральный критик Ирина Крайнова
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: ВОЙНА
Все началось в 4 часа дня( вспомним, что Гитлер напал в 4 утра) на грузовике у входа в Театральный парк. Под довоенный вальс кружились пары, гармонист играл, пристроившись на пеньке, бравый парнишка пел про «Смуглянку». Только живая музыка и пение! У Попова не забалуешь! Матросы с гранатами, пехотинцы в плащ-палатках, вдовы в глухих платках застыли на аллее у театра. Живые скульптуры могут быть не только веселыми Арлекинами и Коломбинами… Полевая кухня в саду кормила гречневой кашей с тушенкой, и розовощекая повариха не жалела добавки. Что может быть вкуснее, уж я-то знаю… Но усмотрела ещё розовое сальцо на чёрном хлебце — такое слала нам из Старой Полтавки бабушка…У кухни я повстречалась с директором «Версии» — Татьяной Владимировной Афанасьевой. И ещё на одной сцене (импровизированная, на грузовике) Победа пела и плясала.
Но на сцене Балашовского театра в зале была Война. Самая страшная, какая может быть. Потому что она калечила души детей, развращала, вытравляла из них все человеческое, превращала в холодных убийц. Хотя, кто знает, за что те изуродовали лицо помощницы священника ?За презрение ли ее к веренице обреченных на смерть людей? Или же за надругательство над своей детской чистотой?..Страшная книга, безнадежная книга, которую не откроешь другой раз. Книга Агат Кристоф «Толстая тетрадь», емко и метафорично переведённая на язык театра Татьяной Тарасовой со студентами ГИТИСа и идущая в Театре наций. Облезый белый стол торчком, он и кровать, и укрытие, и чердак, и гроб для всех, там умирающих, а прежде всего — для самих детей. Война- не только про гибель тела, это не самое там страшное. Душу живу заново не нарастишь, не вырастишь…Так не празднично открылся этот фестиваль.
ВТОРОЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Между Гоголем и Тургеневым
Нынешний Балашовский фестиваль вполне можно назвать фестивалем классики. Русской. Советской. Зарубежной. Нынче день русской. Снова Гоголь, снова «Женитьба». Не могу пока смеяться. Реакция после вчерашней «Толстой тетради»… А тут разбитная Сваха уже в фойе, да со свитой — тремя музыкантшами (Губкинский театр для детей и молодежи приехал с Белгородчины). С песней, которая настойчивым лейтмотивом пройдёт через действие. Сплошные апарте, пробежки через зал, вставные гэги. Свахи и К так же много, как Кочкарева, если не больше. Но хороша Агафья Тихоновна (Алина Рыкова), зрелая девушка в теле, и женихи — очень разные и забавные. Сильно похож на корсара или уж Бармалея из Чуккокалы отставной моряк в живописных заплатах (Артем Окшин) А уж как субтилен Анучкин (Артем Жуков), затянутый в синее сукно, — от колыхания сценического ветра шатается!
Жанр заявлен как фарс, но Гоголь же, и двойное дно проглядывает, возможно, не по воле постановщиков. Как-то жаль недалекую, наивную, пышную АТ. Жаль и Кочкарева, который тут вовсе не бес, как бывало, и не назло делает — а из чего хлопочет, и сам не знает (Назарий Мантур). Морок, одним словом…«Отцы и дети» идут и в нашем тюзе – по нсценировке Адольфа Шапиро. Якобы там «сто пудов любви», почти по Чехову. Но у Липецкого драматического театра на Соколе (здесь два драмтеатра) на первый план выходит все же поединок Базарова и Павла Петровича (Владимир Терновых). Двух уверенных в себе, сильных людей. Базаров Евгения Кузнецова молод, полон здоровой энергии, он удачливее и напористей. Как он сразу заполняет собой всю сцену, как вольготно чувствует себя везде, грызя яблоко, поставив на опору крепкие ноги, глядя прямо перед собой! Его погнёт только любовь, нежданная и нежеланная для человека, планирующего свою жизнь на годы вперёд. Их дуэль- лишь точка в том поединке, где победитель — никак не отрицающий все и вся Базаров. Кирсановы другие рядом с этими героями как-то очень суетливы. Хотя хороши юные героини: неспешная Фенечка, порывистая Катя, временами забавная эмансипЕ. История неожиданной любви и страсти нигилиста рассказана, донесена — даже при отсутствии на этой сцене поворотного круга и иных технических сложностей. Кому-то мила эта легкая белая летняя мебель , нежности и цветочки на лугу, а кто-то, как Базаров, ищет нечто значительное, но… Сам Тургенев, говорят, не знал, что с ним дальше делать. Оттого и погубил, наверное.
ТРЕТИЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Сага о компьютерах
Ловко обыгрываются школьные доски. Они здесь и средство письма в классе, и оповещения о важных событиях, а если надо, на них и праздничный торт изобразят, и мороженое…Актеры все делают в лад и в такт. Не случайно спектакль, не успев родиться, получил уже три диплома. Том Сойер Александра Георгиева проказлив и симпатичен.
Но не все актеры включаются в драматическую игру, порой они лишь обозначают роль. Индеец Джо (Алексей Ганюшин) просто страшен, но он и у Твена Злодей Злодеевич. Да, но почему так неприятны, неестественны интонации Доктора, Учителя и некоторых других? Кажется, что слишком увлёкшись пением-танцами, остальное здесь оставили «на потом»( и тем утомили школьников, заполнивших зал) И кажется, ещё сильно мешают актерам нагроможденные на сцене декорации, которых для неё слишком много. А может, не освоились ещё на чужой сцене.
Тетя Полли (Елена Лопухинская) разыгралась только ко второму акту, но разыгралась. А вот Эми (Дарья Федорова) весь спектакль была мобильна и убедительна в желании отвратить Тома от нового увлечения.
«Новаторы» Московского академического театра им. Владимира Маяковского, ежегодно приезжающего на фестиваль, — это спектакль его документальной студии о создателях компьютера. Как ещё в середине 19 века безумная идея научить машину рисовать и сочинять родилась у полусумасшедшей дочери лорда Байрона. Как на сто лет все об идее забыли, как не раз бросали эксперимент на полпути, потому что в создание умной машины не верил никто, кроме самих изобретателей. Как сходные идеи приходили одновременно в разные головы на разных уголках Земли. И как только самые амбициозные доводили их до конца. А еще как сходили с ума от мировой славы или от отсутствия ее. Этот необычный спектакль на фоне перфокарты и фото изобретателей нелегок для восприятия (3,5 часа!)Но великолепен по способу существования. А как актерам удалось выучить столько научно-технического текста, присвоить и донести, мгновенно преображаясь в младенцев, стариков , в очень ярких и нестандартных людей?. Грандиозная работа актеров Маяковки!
ЧЕТВЁРТЫЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: С Борисом
Уж каких только версий «Бориса Годунова» не видели мы к юбилейной дате. Очень крутой БГ в Театре Наций, где действие происходит в спортзале современной школы. Там немало интересного, но когда вижу 17 век в коротких юбках и кроссовках, как-то грустнею. Не то чтобы так уж печалилась я о тяжелых кафтанах и боярских окладистых бородах, но осовременивание костюмов и быта -часто прямая дорога к вульгарной социализации. Вот уж чего нет у ТЮЗа с динамичным названием «Дилижанс» из Тольятти Самарской области. Театр с небольшой, но богатой историей, прочными связями с петербургской театральной школой и отличным молодым составом.
Вот они изображают Народ — коллективный герой Пушкина. Народ на сцене всегда: распевает хоровые композиции, движется и замирает в пластике модерна, молит, торжествует, ропщет, является Борису в снах- кошмарах, славит Самозванца и, обезумев, подсуживаемый боярами, зовет на убийство малолетнего сына Годунова. И стучит колотушка, и движутся все по кругу, не видя исхода. Бессмысленный Русский бунт во всей его неистовой силе, о котором АС нас, когда ещё предупреждал! И тот же самый народ, в серых, на ватники похожих армяках, стоит и молчит (первый раз мы видим его со спины), и отчего-то не радуется иноземному освобождению Москвы…
Здесь ясно показано нашествие в виде страшной трагедии для России. И когда худой, кипящий жаждой славы (а не власти) Отрепьев Павла Зотова машет с возвышения чёрным флагом, насылая поляков, казаков и предавших Русь на неё, а они с древками-пиками идут прямо в зал (и так дважды!), мы видим наглядный урок, как легко от неосторожных слов, шепотка за углом перейти к делу и — раскачать качели власти в огромной стране. А что потом? Море крови и десятилетия, чтобы вернуть равновесие. Петербургский режиссёр Евгений Зимин поставил народную трагедию, а театр нашел в себе достаточно энергии и таланта воплотить ее – сильно (и стильно),образно, пластически — и Словом. Простым, великим пушкинским Словом, словно уже врезанным в гранит Истории. Пока не разбираю роли — это ещё общее впечатление.
ПЯТЫЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Если Чайка клюнула
С утра вчера был ещё «Жестокий урок» Валентина Красногорова от Арзамасского театра драмы. «Толстая тетрадь» — о расчеловечивании подростков, «Последние» Горького — о духовном разложении семьи, этот «Урок»- о том, как пытают женщину «в научных целях». Не слишком ли много на один фестиваль? Однако театр из Уфы с Горьким не смог приехать, «Тетрадь» мы как-то пережили, оставался ещё этот урок…
Психологический триллер — жанр на театре модный. Пришёл он из синемы и явно служит для привлечения зрителя в театр. Есть, конечно, исключения, как пьеса «Метод Гренхольма», которая, кажется, обошла все главные театры страны. За сюжетом Красногорова сначала следишь с напряжением: студенты-психологи ,под наблюдением профессора, путем наказаний заставляют испытуемую учить стихи. Вторая часть как бы разоблачающая: разъясняется, что опыт — подстава ,и никакой электрошок ассистентка не получала. Тут следует очень большое моралите и — ну о-очень большое допущение, что так самих экспериментаторов проверяют на человечность. С помощи БЕСчеловечности?! А если молодой, неокрепший человек сломается навсегда?.. Речь тут даже не об игре актёров (она была очень неровная), а о нравственном посыле спектакля.
Вечером была «Чайка» Волгоградского молодежного театра. Спектакль — как бы театр в кубе. Рабочие играют в шахматы на маленькой сцене, помреж объявляет начало, Костя показывает своё творение про львов, орлов и куропаток .Все говорят о луне и колдовском озере, их так и не покажут- а жаль… Любопытен финал, где Костя готовит свой уход- сносит стулья к авансцене , разворачивает макет спектакля — еще один театрик. Потом ломает его. Актеры, сгрудившись, повторяют ключевые реплики, а рабочие их спокойно занавеской задергивают, как наскучивших марионеток.
Но у марионеток был запевала — со скрипучим голоском, на красных каблуках. В кричаще красном мини- на пару с немного нескладным Тригориным (Евгений Казёнов), который тоже в вызывающе красных брюках. Остальные герои одеты более нейтрально. Спокойно-убедительно играет Сорин (Валерий Краснов); чуть рисуясь, как уездный дон Жуан, Доктор Дорн (Владимир Захаров); слегка переигрывая и тем веселя публику — Шамраев (Владимир Бондаренко). Сценически обаятелен Треплев (Влад Васильев), но и он, и Сорин, и модный писатель — все они безвольные, апатичные под красным каблучком Дамы (Вероника Куксова), которая решает роль в ином ключе — фарсовом. И кричит, сама не зная отчего, Нина с размазанными глазами: «Я — чайка, я -чайка» (Тамара Матвеева)! Тут, пожалуй, ещё не так закричишь. А вдруг да клюнет?
ШЕСТОЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Деньги, деньги, деньги!
И утром, и в вечернем спектакле. Все дело в этом «презренном металле». Сначала мы поехали в старое здание БалДТ. Оно всего на 56 мест. Сейчас здесь Культурно-досуговый центр. «Пиковая дама» из Кинешемского драматического театра им. А.Н. Островского (старейший театр, приехавший на фестиваль из самого дальнего места Ивановской области) тоже камерна: три актера на все роли, мобильные декорации, всего час времени. Актеры с видимым удовольствием ,без купюр доносили пушкинский текст, фоном звучали сначала арии Чайковского, потом старая французская песенка из прошлого Графини и — торжествующая мелодия мазурки .Эдвард Кароян с копной чёрных волос и горящими глазами был убедителен в роли Германна… Но тут одна из актрис надела чепец, шаль, согнулась дугой, добыла клюку, зашамкала — и превратилась в старушенцию на детских утренниках. О мистике уже речи быть не могло. А я устала всех убеждать, что это одно из самых загадочных и трагических произведений Пушкина, который никогда не мог избавиться от своей карточной страсти, теории разные изучал… и почти всегда проигрывал. И еще: в спектакле банкомёт и участники игры -женщины. А
Пушкин описывал ночные мужские карточные забавы, куда дам на пушечный выстрел не допускали!
Вечером должен был идти «Отец» из Уфы, но актер заболел, и хозяева фестиваля показали свою премьеру — «Наследники Рабурдена» Золя. Пьесу, написанную в пику французской “bedroom”, популярной у нас и сейчас. Я увидела преувеличенный грим, перегнутую пополам спину одного из героев, все с той же клюкой и приготовилось к шумному, предельно гиперболизированному зрелищу. И хоть элементы гротеска сильны в пьесе, все же у господина Шапюзо они проявились в спектакле сильнее всех. 25-летний актёр просто не нашел других приспособлений. Очень гротескно выглядела и госпожа Воссар Евгении Зиминой. Остальным даже избыточный грим и нелепые парики не помешали держаться более естественно, и при этом — быть очень комичными. Особенно это относится к самому г-ну Рабурдену (Иван Морозов), совершенно разоренному, бдительно охраняемому жаждущей наследства родней, и г-ну доктору, показанному Денисом Майданюком иронично, с хитрым блеском в глазах. Пара Шарлотта/Леду (Никита Юмашев) хороша своей искренностью, негодованием против подлости и — просто очень хороша. Небольшая полнота только украшает очаровательную синеглазую крестную (Алина Муромцева).
В декорациях Анны Апполоновой есть некий шарм, остроумный сюжет Золя не даёт заскучать, несмотря на некоторые длинноты диалогов. Пьеса нечастая на сцене, шла лишь в Малом театре и в Сатире. Разложить ее на актеров маленького нестоличного театра — уже поступок. Золя полемично писал, что вообще бы хотел увидеть свою пьесу в холщовом балагане, на городской площади, с большой трубой у входа. Здесь у Шарлотты — большая… виолончель.
СЕДЬМОЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Он был титулярный советник…
Чин очень незначительный в николаевской России. Его печальную историю привез на фестиваль Чувашский ордена Дружбы народов ТЮЗ имени М. Сеспеля. Это «Шинель» по Гоголю, где не говорят, а танцуют, скупыми, лаконичными движениями передавая драму маленького чиновника с продранными рукавами шинельки, в нелепом уродливом картузе. Когда крик застревает в горле, и кричат молча, а дворники так орудуют метлами, что норовят и тебя вымести из холодного имперского города, а решетки с пиками подвижны, безжалостны и тоже хотят выдавить из себя чужеродное тело. Что им в конце концов удается. В инсценировке и постановке золотомасочника Владимира Беляйкина Башмачкин проходит свой крестный путь с рождения под грудой шинелей, первых неловких движений младенца до чиновничьего наслаждения за столом с грудой Приказов-Указов, среди оживших Букв. Тех, что он особенно любит. Ни издевательства других чиновников (показаны с некоторой избыточностью), ни начальственные окрики зализанного и затянутого в сюртук господина уж не черт ли он?), ни жестокая метель не отвлекают Акакия Акакиевича от дел. Что тому, кто рабочий стол возит за собой везде на колесиках?..
И только хрустальная мечта о новой Шинели (белой, сияющей, с пелериной), ее сказочно прекрасное воплощение собьет с привычного ритма титулярного советника. Он распрямится, продефилирует по залу… Конец известен каждому школьнику. В спектакле, правда, Башмачкин не сойдет с ума, а, уже мертвый, попадет в материнские объятия, слишком узнаваемые. Многие сочли авторский ход неоправданно пафосным. Но где ещё ждать милосердия маленькому человеку, как не у Небесного Престола?…
Пластическая драма с выразительными героями и запоминающимися массовыми сценами: даже гоголевское Слово здесь кажется излишним. Его мало, и звучит оно в каких-то неожиданных местах.
Другой маленький человек (как он о себе думает) живет в другое — советское время и служит в огромном улье статуправлении. Балашовский драматический театр переносит зрителя в 60-е годы. Производственная зарядка и бодрые песни по радио, шумная буфетчица в фойе, которая за словом в карман не полезет, настольные лампы с металлическим абажуром на столах сотрудников… «Сослуживцы» — пьеса Рязанова еще в соавторстве с Брагинским, в те времена ,когда рождались сценарии его лучших фильмов. Играть ее после Фрейндлих, Басилашвили, Ахеджаковой даже как-то дерзко. Но худрук Владимир Попов дерзнул, и песни он записал со своими актерами те самые, Андрея Петрова. И вышла у них своя история, не менее смешная и трогательная, чем в кинофильме. Старые танцы и пластические миниатюры соединили мостками мизансцены, а дивные молодые актеры (средний возраст в БалДТ- 33 года) их разыграли . Нельзя не влюбиться в строгую красавицу Калугину (Татьяна Болотникова) и неловкого, робкого( как же она его здорово пародирует!),но сильного своей прямотой -и добротой! — Новосельцева (Юрий Войтенко), отважно ринувшегося на защиту однокурсницы. Ну какой же он маленький человек?..
ВОСЬМОЙ ДЕНЬ ФЕСТИВАЛЯ: Вот приедет барин…
Этот день прошел не только под знаком закрытия, но и выступления Саратовского ТЮЗа. Они привезли один из своих лучших спектаклей – «Фома Опискин», инсценировка по Достоевскому и постановка сделана Алексеем Логачевым.
Это сложносочинённая многофигурная композиция, где важно все — пространство Малой сцены, целая световая палитра и каждая роль, филигранно разработанная и превосходно сыгранная. Там постоянно двигаются, причем все два действия, со стульями, с креслами, лишь на мгновенье, замирая под белесым светом, как неживые. Таково световое решение спектакля (художник по свету Виктор Стороженко, художник-постановщик Ольга Колесникова), когда то вспыхивают мертвенно белым светом люминесцирующие лампы, выхватывая лица в самом невыгодном ракурсе, то гаснут, возвращая теплоту обычного театрального освещения, что превращает полковника в очень старого и очень больного человека. Любовь к юной, прелестной Настеньке — его последняя привязанность. Там зрительские ряды охватывают сценическую площадку с трех сторон, и мы как бы оказываемся среди покорной паствы Опискина. Среди всех этих полувыживших из ума генеральш, злых старых дев, злющих приживалок, сбитых с толку детей, одуревших от дурных приказаний лакеев и имеющих свой пиковый интерес загостившихся гостей. Жёлтый дом, да и только …
Конечно, в выездном спектакле, на небольшой сцене все показать невозможно. Но и в «полевых» условиях, прячась за пару колонн, актеры сделали все, что могли. Искренне негодовал Племянник Ростанева (Артем Яксанов), переживал за всех и всех мирил Дядюшка (Алексей Ротачков), носился вслед за креслом Генеральши стоглавый, стоустый, стоокий змий- насельник ростаневского дома, покорный одному слову хитромудрого Фомы. И вещал с «наивным» восторгом в глазах сей доморощенный пророк (Антон Щедрин). Все были хороши, все на месте. Но три актера играли исключительно в тот вечер.
Это именинник Владимир Конев – по сюжету отец Настеньки. Широко улыбаясь, с апостольской уже белой брадой, он раздавал дамам цветы, извлекая их, как фокусник, отовсюду. Это Алексей Карабанов в роли переменчивого Бахчеева, включивший враз весь свой актерский кураж. И наш замечательный Александр Федоров, нашедший еще какие-то новые краски в образе Гаврилы, которого Фома замучил французским. Его Гаврила стал с годами трогательней и комичней, а к концу спектакля он и правда приобретает французский «прононс». А эта кинутая вгорячах подушечка, который старый слуга проворно подкладывает себе на сидение?
Паноптикум бывших людей оживает лишь на пару часов (недаром в конце спектакля рассказывают о них в прошедшем времени), чтобы показать странную историю вознесения шута, коронацию его на полное и безраздельное царствование в одном, отдельно взятом селе. И удивительное сходство этой истории с другими, так нам знакомыми. Не живем ли и мы в ожидании «доброго барина», на худой конец -Опискина? Вот он придет — и все, как надо, рассудит. Но конец-то худой, как ни крути…
ВМЕСТО ЭПИЛОГА. Художники Саратова на Хопре
И последнее , о чем я еще не отписалась на фестивале: выставка в фойе на втором этаже. Устраивать экспозицию картин Саратовского отделения Союза художников России в дни театрального фестиваля — уже одна из его традиций. Тема Войны и Мира, заявленная в день открытия Театрального Прихоперья, ощутима и в работах художниках. Мы видим краски бескрайнего пшеничного поля, уже приглушённые надвинувшейся бедой и темой прощания , почти слившегося с тревожным небом на полотне Валентины Медведкиной. И две маленькие фигурки, пока ещё слитые! ..И почти черная одинокая фигура у почерневших ворот и заколоченных окон. Все, что осталось после четырёх лет войны от дома, семьи, счастливой довоенной жизни…
И обычно пышные красивые букеты Марины Милавиной несут на себе груз тех лет — строгой медью трубы, старой керосиновой лампы, скромными солдатскими наградами на столике. Непривычно большой натюрморт известного мастера городского пейзажа Алексея Чусляева являет глазу подсолнухи- цветок вообще-то позитивный, даже веселый, но здесь и он дан с некой ностальгической ноткой.
Зато пейзажи саратовских улиц Алексея тут, как всегда, лиричны, светлы, прописаны тонко, изящно. И теплотой веет от летнего нежно-розового заката другого замечательного певца города и волжских берегов — Николая Дубовова. Румяны и аппетитны калачи и булки под пушистым колосистым букетом Маргариты Золотухиной. Летним щедрым дождем омыта Волга на широком полотне Людмилы Маханьковой…Жизнь берет своё, она пробивается везде, через все щели. А земля жаждет одного — покоя и мира…
Ирина Крайнова, театральный критик
ИТОГИ КОНКУРСНОЙ ПРОГРАММЫ
IX фестиваль «Театральное Прихопёрье»
Номинация «Лучшая работа хореографа»
Владимир Беляйкин – спектакль «Шинель» Н. Гоголя
Чувашский государственный ордена Дружбы народов театр юного зрителя им. М. Сеспеля
Номинация «Лучшая работа художника по костюмам»
Алина Голод спектакль «Сослуживцы» Э. Рязанова и Э. Брагинского.
Балашовский Драматический Театр
Номинация «Лучшая работа художника по свету»
Александр Щукин – спектакль «Шинель» Н. Гоголя
Чувашский государственный ордена Дружбы народов театр юного зрителя им. М. Сеспеля
Номинация «За подлинность актерского существования»
Заслуженный артист России Валерий Краснов – роль Сорина в спектакле «Чайка» А. Чехова
Волгоградский молодёжный театр ВМТ
Номинация «Лучший актерский ансамбль»
Спектакль «Шинель» Н. Гоголя.
Чувашский государственный ордена Дружбы народов театр юного зрителя им. М. Сеспеля
Номинация «Лучшая сценография»
Вера Курицина – спектакль «Борис Годунов» А. Пушкина.
Театр юного зрителя «Дилижанс» г. Тольятти, Самарская область
Номинация «Лучшая мужская роль» (2 победителя)
Юрий Войтенко – роль Новосельцева Анатолия Ефремовича в спектакле «Сослуживцы» Э. Рязанова, Э. Брагинского.
Балашовский Драматический Театр
Николай Миронов – роль Акакия Акакиевича Башмачкина в спектакле «Шинель» Н. Гоголя.
Чувашский государственный ордена Дружбы народов театр юного зрителя им. М. Сеспеля
Номинация « Роль второго плана» ( мужская роль)
Владимир Терновых – роль Павла Петровича в спектакле «Отцы и дети» И. Тургенева
Липецкий драматический театр
Петр Зубарев – роль Шуйского в спектакле «Борис Годунов» А. Пушкина
Театр юного зрителя «Дилижанс» г. Тольятти, Самарская область
Номинация « Роль второго плана» (женская роль)
Полина Майорова – роль Бекки Тетчер в спектакле «Приключения Тома Сойера» М. Твена
Нижегородский театр «Вера»
Номинация «Лучшая женская роль»
Татьяна Болотникова – роль Людмилы Прокофьевны Калугиной в спектакле «Сослуживцы» Э. Рязанова и Э. Брагинского.
Балашовский Драматический Театр
Номинация «Лучшая режиссерская работа»
Владимир Беляйкин – спектакль «Шинель» Н. Гоголя.
Чувашский государственный ордена Дружбы народов театр юного зрителя им. М. Сеспеля
Приз молодежного жюри
«За самый мягкий, сердечный, душевный и добрый спектакль»
Спектакль «Сослуживцы» Э. Рязанова и Э. Брагинского.
Балашовский Драматический Театр
Приз зрительских симпатий
«Женитьба» Н. Гоголь
Губкинский театр для детей и молодёжи Белгородская область
Главный приз – Приз Губернатора Саратовской области
Решили присудить лучшему спектаклю фестиваля «Сослуживцы» Э. Рязанова, Э. Брагинского.
Балашовский Драматический Театр
